ultimate hacking keyboard 598474ea

Достоевский Федор Михайлович - Дядюшкин Сон



Федор Михайлович Достоевский
Дядюшкин сон
(Из мордасовских летописей)
Глава I
Марья Александровна Москалева, конечно, первая дама в Мордасове, и в
этом не может быть никакого сомнения. Она держит себя так, как будто ни
в ком не нуждается, а, напротив, все в ней нуждаются. Правда, ее почти
никто не любит и даже очень многие искренно ненавидят; но зато ее все
боятся, а этого ей и надобно. Такая потребность есть уже признак высокой
политики. Отчего, например, Марья Александровна, которая ужасно любит
сплетни и не заснет всю ночь, если накануне не узнала чего-нибудь но-
венького, - отчего она, при всем этом, умеет себя держать так, что, гля-
дя на нее, в голову не придет, чтоб эта сановитая дама была первая
сплетница в мире или по крайней мере в Мордасове? Напротив, кажется,
сплетни должны исчезнуть в ее присутствии; сплетники - краснеть и дро-
жать, как школьники перед господином учителем, и разговор должен пойти
не иначе как о самых высоких материях. Она знает, например, про кой-кого
из мордасовцев такие капитальные и скандалезные вещи, что расскажи она
их при удобном случае, и докажи их так, как она их умеет доказывать, то
в Мордасове будет лиссабонское землетрясение. А между тем она очень мол-
чалива на эти секреты и расскажет их разве уж в крайнем случае, и то не
иначе как самым коротким приятельницам. Она только пугнет, намекнет, что
знает, и лучше любит держать человека или даму в беспрерывном страхе,
чем поразить окончательно. Это ум, это тактика! - Марья Александровна
всегда отличалась между нами своим безукоризненным comme il faut, с ко-
торого все берут образец. Насчет comme il faut она не имеет соперниц в
Мордасове. Она, например, умеет убить, растерзать, уничтожить каким-ни-
будь одним словом соперницу, чему мы свидетели; а между тем покажет вид,
что и не заметила, как выговорила это слово. А известно, что такая черта
есть уже принадлежность самого высшего общества. Вообще, во всех таких
фокусах, она перещеголяет самого Пинетти. Связи у ней огромные. Многие
из посещавших Мордасов уезжали в восторге от ее приема и даже вели с ней
потом переписку. Ей даже кто-то написал стихи, и Марья Александровна с
гордостию их всем показывала. Один заезжий литератор посвятил ей свою
повесть, которую и читал у ней на вечере, что произвело чрезвычайно при-
ятный эффект. Один немецкий ученый, нарочно приезжавший из Карльсруэ
исследовать особенный род червячка с рожками, который водится в нашей
губернии, и написавший об этом червячке четыре тома in quarto, так был
обворожен приемом и любезностию Марьи Александровны, что до сих пор ве-
дет с ней почтительную и нравственную переписку и из самого Карльсруэ.
Марью Александровну сравнивали даже, в некотором отношении, с Наполео-
ном. Разумеется, это делали в шутку ее враги, более для карикатуры, чем
для истины. Но, признавая вполне всю странность такого сравнения, я ос-
мелюсь, однако же, сделать один невинный вопрос: отчего, скажите, у На-
полеона закружилась наконец голова, когда он забрался уже слишком высо-
ко? Защитники старого дома приписывали это тому, что Наполеон не только
не был из королевского дома, но даже был и не gentilhomme хорошей поро-
ды; а потому, естественно, испугался наконец своей собственной высоты и
вспомнил свое настоящее место. Несмотря на очевидное остроумие этой до-
гадки, напоминающее самые блестящие времена древнего французского двора,
я осмелюсь прибавить в свою очередь: отчего у Марьи Александровны никог-
да и ни в каком



Назад



44