598474ea

Драгунов Петр - Легенда О Плохишах 1



ДРАГУНОВ ПЕТР
  
   ВЕТЕР ДУШ
  
  
   За окном идет дождь, и нет сил не писать об этом. Его течение бесконечно. Оно размывает пространство и время.

Оно делает мир абсолютно неопределенным, непознаваемым в полной мере. И только грусть улыбается прямо в лицо. Ей нечем меня беспокоить.

Она единственное, что во мне уже навеки - она моя сущность.
   Говорят, что приходит в дождь, то остается надолго. Этот дождь родился вместе со мной, и я до сих пор подбираю его капли. Мягко и неназойливо он сопровождает меня на любом пути.
   Шагаю по мокрому асфальту. Тот черен глухой смолью, но нет - нет, да и сверкнет в нем яркими, радужными гранями непрошенный в серости бриллиант. Я не признаю шапок, и вода с неба не медлит забраться за воротник. Разве это куртка? Карманы промокают и подклад никакой.

Но мне нравится кожа, и воротник торчит торчком. Это как у чекистов.
   В общем-то я не злой, но жестоким приходилось быть не однажды. У каждого двора свои законы. Мой старший друг, предложил славный рецепт - бить первым, и был абсолютно прав. Иногда я не успевал, но в целом нехитрый секрет срабатывал неплохо.

Мы играли, спорили, ссорились, выясняли старшинство. Это очень похоже на взрослых - они наши учителя. Они придумывают для нас правила и жестко вводят их в жизнь.

Вот только кулинарные книги изнашиваются гораздо медленнее, чем их обладатели. И нет уже того яркого привкуса победы, достижения. Похоже, у меня к ним основательный иммунитет.

Кто виноват? Да просто, я сам предаюсь течению...
   Слышать падение капли занятие не из слабых. Но ничто не сравнится с падением этого мира через твою душу. Время для нас лишь отблеск извечного сожаления о себе и через себя.

Тела догоняет старость, мир постигают утраты, но разве мы не знали об этом?
   Сожалеть или процветать в солнечном тумане незнания? Нет, я предпочитаю поток. Он и символ, и действие одновременно. Меня увлекает его всеохватность и всепрощение.

Я только малая часть его неудержимой силы, капелька - с глазами осознания, прорезанными вовнутрь.
   И все-таки это колоссальная удача - иметь такой город детства. Роскошь, выпавшая на долю, далеко не каждому. Не знаю, для кого его строили. После долгих размышлений я понял - это абсолютно не важно. Ведь город - он мой.

Я не обязан делиться ни с кем, даже с мнящими его хозяевами. Алма-Ата - она удивительна в любое время года, но осень отчетливей и любимей вдвойне.
   Я возвращаюсь в тот серый осенний день не потому что он был отмечен печатью событий и движения. Хотя помнится, что какая-то совершенно незнакомая девчонка предложила сходить с ней в кино. Это странно, но это лишь отблеск настоящего.
   В нем, настоящем, со мной ничего не произошло. По крайней мере, сторонний наблюдатель прошел бы мимо равнодушной походкой, ничего не отметив в блокноте. Но это был день падения Мира для меня.

Что-то случилось... Накатило волной.
   Опадали листья с дубов и кленов - большие, желто-зелено-яркие, нереальные в законченности и новизне. Каплями дождя опадало к земле бесцельное, мутное небо. Оно не знало, к чему длится этот день. Зачем он влачит столь жалкое существование и так долго не кончается ночью.

Казалось, что вечер начался еще утром, когда прохожие, склонив озабоченные головы, спешили на службу. Да не дошли, заблудились в туманном круговороте. И окна в их невысвеченных конторах подернулись бельмом блеклости и неутоленного ожидания.
   Два мира смотрели мне в лицо. Один был чужд всему человеческому и создан людьми для собственного, будничного время пр



Назад