598474ea

Драгунский Виктор - Волшебная Сила Искусства



Виктор Драгунский
Волшебная сила искусства
- Здравствуйте, Елена Сергеевна!..
Старая учительница вздрогнула и подняла глаза. Перед нею стоял
невысокий молодой человек. Он смотрел на нее весело и тревожно, и она,
увидев это смешное мальчишеское выражение глаз, сразу узнала его.
- Дементьев, - сказала она радостно. - Ты ли это?
- Это я, - сказал человек, - можно сесть?
Она кивнула, и он уселся рядом с нею.
- Как же ты поживаешь, Дементьев, милый?
- Работаю, - сказал он, - в театре. Я актер. Актер на бытовые роли, то,
что называется "характерный". А работаю много! Ну, а вы? Как вы-то
поживаете?
- Я по-прежнему, - бодро сказала она, - прекрасно! Веду четвертый
класс, есть просто удивительные ребята. Интересные, талантливые... Так что
все великолепно!
Она помолчала и вдруг сказала упавшим голосом:
- Мне комнату новую дали... В двухкомнатной квартире... Просто рай...
Что-то в ее голосе насторожило Дементьева.
- Как вы это странно произнесли, Елена Сергеевна, - сказал он, -
невесело как-то... Что, мала, что ли, комната? Или далеко ездить? Или без
лифта? Ведь что-то есть, я чувствую. Или кто-нибудь хамит? Кто же?
Директор школы? Управдом? Соседи?
- Соседи, да, - призналась Елена Сергеевна, - понимаешь, я живу как под
тяжестью старого чугунного утюга. Мои соседи как-то сразу поставили себя
хозяевами новой квартиры. Нет, они не скандалят, не кричат. Они действуют.
Выкинули из кухни мой столик. В ванной заняли все вешалки и крючки, мне
негде повесить полотенце. Газовые горелки всегда заняты их борщами,
бывает, что жду по часу, чтобы вскипятить чай... Ах, милый, ты мужчина, ты
не поймешь, это все мелочи. Тут все в атмосфере, в нюансах, не в милицию
же идти? Не в суд же. Я не умею с ними справиться...
- Все ясно, - сказал Дементьев, и глаза у него стали недобрыми, - вы
правы. Хамство в чистом виде... А где же это вы проживаете, адрес какой у
вас? Ага. Спасибо, я запомнил. Я сегодня вечером к вам зайду. Только
просьба, Елена Сергеевна. Ничему не удивляться. И полностью мне во всякой
моей инициативе помогать! В театре это называется "подыгрывать"! Идет? Ну,
до вечера! Попробуем на ваших троглодитах волшебную силу искусства!
И он ушел.
А вечером раздался звонок. Звонили один раз.
Мадам Мордатенкова, неспешно шевеля боками, прошла по коридору и
отворила. Перед ней, засунув ручки в брючки, стоял невысокий человек, в
кепочке. На нижней, влажной и отвисшей его губе сидел окурок.
- Ты, что ли, Сергеева? - хрипло спросил человек в кепочке.
- Нет, - сказала шокированная всем его видом Мордатенкова. - Сергеевой
два звонка.
- Наплевать. Давай проводи! - ответила кепочка.
Оскорбленное достоинство Мордатенковой двинулось в глубь квартиры.
- Ходчей давай, - сказал сзади хриплый голос, - ползешь как черепаха.
Бока мадам зашевелились порезвей.
- Вот, - сказала она и указала на дверь Елены Сергеевны. - Здесь!
Незнакомец, не постучавшись, распахнул дверь и вошел. Во время его
разговора с учительницей дверь так и осталась неприкрытой. Мордатенкова,
почему-то не ушедшая к себе, слышала каждое слово развязного пришельца.
- Значит, это вы повесили бумажку насчет обмена?
- Да, - послышался сдержанный голос Елены Сергеевны. - Я!..
- А мою-то конуренку видела?
- Видела.
- А с Нюркой, женой моей, разговор имела?
- Да.
- Ну, что ж... Ведь я те так скажу. Я те честно: я бы сам ни в жисть не
поменялся. Сама посуди: у мине там два корешка. Когда ни надумаешь, всегда
на троих можно сообразить. Ведь это удобство? Удобство



Назад



44